Не каждый храм Москвы может похвалиться такой слаженной и богатой  колокольней, как у нас. Из 14 её колоколов - 10 дореволюционного литья. По ним, ничуть не преувеличивая, можно читать лекции по истории колоколитейного дела. Здесь и «полиелейный» 50-ти пудовый колокол известного колоколитейщика Привалова, «будничный» - Чарышниковых, 2 колокола Финляндского, есть колокола Оловянишниковых, завода Самгина и несколько колоколов 18 века, отлитых для старообрядческой церкви. 

Приятно звонить  в такие колокола: есть возможность как импровизировать, так и воспроизводить традиционные звоны. Наиболее торжественные, степенные  и сложные по количеству задействованных колоколов – это ростовские звоны. На мой взгляд, для нашего прихода, перед  воскресными и праздничными литургиями, чтобы настроиться на соответствующий молитвенный лад, больше подходит радостный, яркий,  но сдержанный звон в традиции Новодевичьего монастыря. 

Крупными центрами звонильного мастерства является Храм Христа Спасителя,  Свято-Данилов монастырь. В целом же, московские звонари ориентируются на традиции Троице-Сергиевой Лавры, где удалось сохранить звонарную преемственность и восстановить некоторые звоны досоветской России.  Но и в наше время уже появились такие мастера-звонари, у которых есть чему поучиться и что перенять в техническом плане и в манере исполнения.

С самого появления колоколов в христианском мире, к ним сложилось особое отношение. Но для православной церкви и, в первую очередь,  для России – колокольный звон больше, чем атрибут богослужения и музыкальное сопровождение  венчания и отпевания. Его называют  голосом православной церкви – тождественно – голосом России. Голос, который зовет к Богу, на молитву, к спасению. Не позволяющий нам спокойно затеряться в мирских думах и делах.